В отдаленные села (улусы) Утата и Далахай на юго-западе Бурятии несколько месяцев не завозили алкоголь из-за смены собственников магазина. Перебои с заводом спиртного привели к тому, что местные жители начали больше работать и меньше болеть. Даже смертность в улусах за последний год значительно снизилась, говорит статистика. Теперь местные хотят, чтобы продажу алкоголя здесь запретили законом. Депутаты региона законопроект рассмотрели, но с утверждением тянут. О том, как живут отдаленные бурятские улусы и как их жизнь изменила трезвость, – в репортаже Сибирь.Реалии.
Улусы Утата и Далахай – самые отдаленные поселения Закаменского района Бурятии, они расположены в 100 километрах от районного центра, города Закаменск, и почти в 500 километрах от Улан-Удэ. В небольшой долине, со всех сторон окруженной тайгой. Из-за резко континентального климата (холодной зимы и засушливого жаркого лета) выращивать зерно или овощи здесь бесполезно. В советское время большинство местных работали в местном колхозе, разводили скот и продавали самое вкусное в Бурятии мясо и молоко – Закаменское.
После закрытия колхоза началась безработица, многие уехали в города. Сейчас в Утате проживает всего 306 человек, в Далахае – 209. Часть жителей каждый второй месяц ездят работать вахтовым способом. Остальные выживают за счет частного подворья.
Саяна Цыденова из Утаты
– Те семьи, которые могут содержать и ухаживать за скотиной, никогда не пропадут от голода. Излишки мяса и молока всегда можно продать. Другая ситуация в пьющих семьях. Понимаете, речь ведь идет не только о хозяйстве, которое нас кормит круглый год, но в первую очередь о том, что алкоголь разрушает уклад нашей семьи, наш быт, а здоровье, которое уносит водка, – уже ведь тоже никогда не восстановишь и не вернешь, – рассказывает член инициативной группы, которая и потребовала запретить продажу алкоголя, Саяна Цыденова. – Мы хотим, чтобы наше село процветало, чтобы сельское хозяйство развивалось, чтобы у нас дороги отремонтировали, чтобы к нам начала возвращаться молодежь. А то ведь у нас молодые уезжают, остаются одни старики. Мы хотим, чтобы наши дети брали пример с нас – взрослых, которые адекватные, а не тех, кто вечно стоит возле магазина. Иногда детей отправляешь в магазин за хлебом, а они не хотят идти, боятся, потому что там пьяные люди.
По словам жителей района, многие из односельчан умерли относительно молодыми именно из-за спиртного.
У единственного магазина в улусе Утата
Мнение жителей подтверждает статистика центральной районной больницы.
– В улусе Утата за 12 месяцев 2021 года показатели общей смертности среди населения снизились на 33,3%: в 2020 году здесь умерли 9 человек, 2021 году – 6 человек. Общая смертность в Далахае за тот же срок снизилась на 75% – в улусе умерло на 6 человек меньше, чем в 2020 году, – передают цифры в ГБУЗ "Закаменская районная больница".
При этом в Утате продажа алкоголя была остановлена в общей сложности на два месяца, в Далахае – на полгода.
Евгения Бадмаева из улуса Утата
– Я полностью поддерживаю односельчан, хочу, чтобы водку не продавали в нашем магазине. Начиная с 2005 года многие у нас умерли от этой водки. После развала СССР многие стали пить. Сейчас нам главное наших детей спасти, это наше будущее. Многие те, кто после школы остался здесь, сразу начинают пить. Это нужно остановить, – считает жительница улуса Утата Евгения Бадмаева.
Именно от безнадёги и безработицы многие в Бурятии идут служить в армию по контракту.
– Из наших улусов никто, к счастью, в Украине не оказался сейчас. Но я слышала, что наши ребята-земляки из Закаменского района сейчас находятся в госпитале в Москве, есть и пленные в Украине. Сердце болит за них, конечно. Я против этого кошмара, чтобы гибли наши ребята. Тяжело все это, конечно. Скорей бы все это закончилось! – говорит Бадмаева.
Почувствовали в отдаленных селах Бурятии и влияние санкций.
Магазин, улус Утата, Бурятия
– Сахар подорожал, а потом и вовсе исчез с прилавков. Мука очень сильно подорожала. Деньги на глазах обесцениваются, жить становится все труднее. Мне вот непонятно, почему цены на бензин, газ становятся меньше, а продукты у нас дорожают? – недоумевает жительница Утаты Алима Балданова.
Алима Балданова из Утаты
Вышли с инициативой
Между тем, послушав местных жителей, совет депутатов Закаменского района недавно вынес инициативу запретить торговлю алкоголем на рассмотрение в Народный Хурал Республики Бурятия. На заседании комитета по межрегиональным связям, нацвопросам, общественным и религиозным объединениям проект уже рассмотрели. Но не приняли – депутаты объяснили, что опасаются "возможного всплеска бутлегерства" и роста отравлений некачественным алкоголем, к которым приведет запрет. Часть депутатов увидела в нем еще и ущемление интересов местных предпринимателей.
Глава Утаты Жамсо Цыбиков возмущен последним аргументом – интересы владельцев двух магазинов депутаты уравняли со здоровьем сотен жителей.
Жамсо Цыбиков, глава Утаты
– Говорят, мол, бизнес лишится денег, без доходов останутся. Из-за двух предпринимателей так переживают, а как люди тут будут жить? Они хотя бы на час бы спустились на землю, сюда бы приехали и посмотрели, как живут люди. Сейчас судьба решается народа, здесь целый народ страдает. Люди от алкоголя умирают. Находят замерзшими в сугробе, кто-то дома умирает – упал с кровати и умер. Пьяные ДТП происходят. Я недавно ходил, считал. Сколько закрытых домов вокруг: здесь муж умер пьяный, просто лег и не проснулся, семья полностью уехала. Там дом стоит заколоченный – тоже глава семьи спился, умер, жена и дети уехали. И таких домов много. Мужики умирают – остальные члены семьи уезжают.
Зато с утра возле магазина встает очередь, цепочкой. А когда у нас перестали на время продавать водку, то некоторые стали ездить за спиртным в соседнее село. Несколько человек поездили, и все. А остальные взялись за работу. Начали хозяйством заниматься. И никто никакой суррогат у нас не продавал, боярышник не возил. Если перестанут продавать алкоголь, то в селе, наоборот, все станет тихо и спокойно. А те, кто сильно хотят пить, пускай ездят, куда хотят, – говорит Жамсо Цыбиков.
Школа в селе Утата
От каждого села под инициативой о создании территории трезвости подписались около половины жителей. Как объясняют в администрации Закаменского района, среди тех, кто не подписался, дети, которые не имеют права подписи, и старики, которые решили воздержаться от участия в голосовании. То есть бОльшая часть работающих голосовала за запрет.
"Нормально у нас все!"
Однако голоса тех, кто категорически против, – громче. Первым возле единственного магазина в улусе Утата корреспондент Сибирь.Реалии встретила веселого и явно нетрезвого водителя трактора.
Тракторист, улус Утата, Бурятия
Он и не пытался скрыть, что за руль сел нетрезвым. Посетители магазина, пришедшие за спиртным, встретили приезжих несколько агрессивно, а один из них пытался запретить съемку в магазине.
Лама и посетители магазина в улусе Утата
В диалог с ними пришлось вмешаться священнослужителю Санагинского дацана, Монлам ламе (с 2013 года занимает должность депутата в Народном Хурале Бурятии под именем Баяра Цыденова).
– Это прекрасные люди, если бы алкоголь не продавался, они бы нормально жили, – сказал он, заключая в объятия своих земляков. – Вот, например, у этого мужчины есть хорошее зимовье, летник. Он работящий, живет на ферме. Альтернатива есть у него, он и без водки мог бы прекрасно прожить. А когда было голосование по поправкам в Конституцию, даже выиграл машину.
Продавец за решеткой, улус Утата, Бурятия
Продавец, недовольно глядя из-за железной решетки, отделяющей прилавок от покупателей, заявила, что никакой запрет на алкоголь селам не нужен.
– Нормально у нас все. Это они только сегодня так напились! – заявила она.
Жители улусов Утата и Далахай, Бурятия
Но жители соседнего улуса Далахай говорят, что больше не хотят жить по-старому.
– Мы хотим перемен. А что по поводу магазинов, которые якобы потерпят убытки, то я думаю, у них прибыль не только не упадет, но и еще и станет выше в разы. Ведь люди вместо водки будут брать другие продукты или промтовары и даже больше, чем раньше. У сельчан появится больше денег на покупки. А если даже и уйдет предприниматель, то появится другой. Что касается возможного появления бутлегерства, то и здесь мы будем контролировать, делать рейды, штрафовать и т.д. Да и кто у нас на это пойдет? Ведь у нас все друг друга знают. Словом, мы будем добиваться до последнего, чтобы поправки в закон приняли, – заверила Баргалма Садаева.
По ее словам, местные жители сами производят уже немало товаров. К примеру, сборы целебных трав в красивых упаковках, домашнюю выпечку и блюда национальной кухни (уураг, урмэ, хурууд), традиционные бурятские напитки.
Предпринимательницы улусов Утата и Далахай
– Они всегда найдут дело по душе, а кто-то, возможно, и построит свой бизнес, когда жизнь в селе наконец наладится. Ведь освободившееся от алкоголя время надо чем-то занять. Мы уже организовали для жителей обоих улусов семинары о самозанятости, предпринимательской деятельности и возможности участия в грантовых конкурсах, – говорит Рыгзема Бадмаева, активистка территориального общественного самоуправления.
На сегодня местное производство ограничено рамками района, поскольку улусы расположены далеко от ближайших крупных городов.
– Пока они делают для самих себя, друг другу и продают. Но если бросят пить мужики, то смогут закупить оборудование и самостоятельно возить продукцию до города. Будут деньги купить машину, оборудование, начнут больше зарабатывать, – уверена Бадмаева.
Продукция предпринимателей улусов Утаты и Далахай
По подсчетам замглавы по развитию АПК Закаменского района Баира Ласаранова, в улусах Утата и Далахай зарегистрировано порядка 10 предпринимателей.
– Самое большое фермерское хозяйство – сельскохозяйственный кооператив "Дабата" – в Далахае, они держат 1100(!) голов скота. В ООО "Моришон", другое фермерское хозяйство – 200 голов. И еще несколько мелких ИП в улусах также занимаются животноводством. В основном фермеры держат коров, разводят лошадей бурятской аборигенной породы, потом продают их, – перечисляет Ласаранов.
Баир Бальжуров из Утаты
Есть в Далахае и те, кто категорически против запрета алкоголя. Жительница улуса Роза Жигжитова возмущена тем, что ее принудительно лишают права выбора решать, как ей жить и что покупать в магазине.
– Магазин у нас один. Если сделают, чтоб не продавали спиртное, то его могут закрыть, и тогда мы вообще останемся без ничего. Сюда везти товары невыгодно – слишком далеко. Должно продаваться все, потому что федерального закона на такой запрет нет и не будет. Я в Далахай вернулась, лет 10 здесь живу. Ну да, у меня брат от водки сгорел десять лет назад. Ну, и что. Такая судьба, наверное, была. Раз сам не хотел жить. Каждый волен распоряжаться своей жизнью по своему усмотрению. Я вот могу пить, могу и не пить. Но права выбора меня лишать не надо. А вообще, чтобы люди бросали пить, им надо работу предоставить, а не магазины закрывать, – считает Роза Жигжитова.
Монлам лама считает, что противники запрета путают свободу выбора и алкогольную зависимость.
Монлам лама
– У северных народов, якутов, бурят, особенно большая угроза спиться: отсутствует фермент, который выводит из организма алкоголь (фермент, расщепляющий этиловый спирт на уксусную кислоту и ацетальдегид – высокотоксичный элемент, который медленно выводится из тканей, разрушает внутренние органы и вызывает состояние похмелья. – Прим. С.Р.). К тому же в этих улусах есть дополнительная причина для пьянства – от безысходности, потому что нет работы, – считает лама. – Против запрета выступают те, кто живет в неведении.
По его словам, борьба священнослужителей за трезвость началась уже давно. Первым делом лама отучил земляков от использования спиртного на буддийских ритуалах.
Село Далахай
– Первая победа над этим пристрастием у нас была в 1995 году, когда спустя год мы пришли к тому, что жители полностью перестали проводить буддийские ритуалы с применением водки, стали отказываться от практики почитания хозяев местности, хозяев гор со спиртным. Уже легче стало. Но потом, в 1998–99 годах, в трудные времена, в села начали привозить технический спирт. И тогда стали умирать люди. Я через себя пропускал каждые похороны, на которые меня звали для совершения обряда. Доходило до того, что мы хоронили 3–4 человека в день. А потом были поминки, на которых опять был спирт. В 1995 году население доверило мне стать депутатом районного совета, затем в 2003 году меня избрали в Хурал. Там я начал искать пути полного отказа от алкоголя через закон.
Лама считает, что уникальность нынешней инициативы в том, что желание ввести запрет на продажу алкоголя озвучили сами жители.
– Если действительно будут приняты поправки в закон, это будет беспрецедентный случай. Мы у государства просим защиту, просим одобрить и принять нормативно-правой акт. Пусть он станет нашей палочкой-выручалочкой в данной ситуации. Я надеюсь, что народные избранники нас поддержат, – говорит Монлам лама.
Очередное рассмотрение антиалкогольного законопроекта депутатами Бурятии должно состояться в апреле.
Закаменский район Бурятии