Военные пенсионеры много лет пытаются получить положенные им от государства квартиры. Они боятся выходить на митинги, чтобы не дискредитировать армию РФ.
Текст: Люди Байкала, Карина Пронина.
Фото: Евгений Коноплёв
Этим летом в Улан-Удэ случилось землетрясение силой в 5 баллов. Его почувствовали многие жители города, в том числе 50-летняя военная пенсионерка Ольга Дутова. В её квартире затряслась люстра, зазвенела посуда в серванте, начал двигаться диван. "Я закричала мужу, чтобы хватал внучку, она в спальне была, – вспоминает Ольга. – И мы встали в проёмы, я – в один, а муж с Евой – в другой. Прямо хорошо так колбасило".
Дутова говорит, что больше всего переживала – если дом упадёт, то она умрёт под завалами не своей, а служебной квартиры.
"Помню, горжусь"
Ольга Дутова ждёт своё жильё от Минобороны РФ уже пять лет. "Я пошла в армию, потому что отец тоже служил. Ну, и квартира. Больше вариантов получить ее не было", – не скрывает она. Дутова, по образованию воспитатель детского сада, в 90-е годы еле сводила концы с концами. Ее взяли телефонисткой в воинскую часть в Забайкалье. Служила сначала там, потом перевелась в Бурятию.
В служебной квартире на станции Дивизионная под Улан-Удэ Ольга живёт уже 11 лет. Три года как вышла на пенсию. Из квартиры Ольгу никто не выгонит, пока она не получит субсидию на приобретение жилья. Но Дутовой надоела и квартира, и дом, и сам район. "Хочу уехать, куда угодно, только тут не оставаться", – говорит она, поднимаясь на свой четвёртый этаж по грязной лестнице. Ольга перечисляет: "Гниют окна, неровный пол, проблемы с водой, в ванне грибок, очень много тараканов. Капитального ремонта в доме не было ни разу, а ему уже почти 50 лет. И две огромные трещины – одна в нашем подъезде, другая на фасаде. Вообще трындец. Ну, другие дома тут не особо лучше".
Дома на "Дивизке" были построены в 70-х годах прошлого века. Некоторые с тех пор ни разу капитально не ремонтировались
Станция Дивизионная – это микрорайон на окраине Улан-Удэ, в котором расположено несколько воинских частей. Многие балконы "на Дивизке" украшены символами V и Z. На подъездах расклеены объявления, призывающие обращать внимание не только на подозрительные предметы, но и на подозрительных лиц. Во дворе дома, где живёт Дутова, стоит серая "Тойота-Королла", на ней полустёртая наклейка: "Помню, горжусь". За "короллой" – детская площадка со врытыми в землю крашеными покрышками. Песочница и карусель на площадке не ремонтировались никогда.
На Дивизионной находится 5-я Тацинская танковая бригада (военная часть 46108). Ольга Дутова служила именно здесь. Военнослужащие бригады с самого начала активно участвуют в "спецоперации" на территории Украины. По подсчётам ЛБ, минимум 48 человек из "пятой танковой" там погибли.
"Номер в очереди – 5801"
По законам РФ, военнослужащие российской армии при увольнении должны получить квартиру или деньги, на которые эту квартиру можно купить. Они имеют такое право, если отслужили в армии не меньше 20 лет и у них нет своего жилья. Если военный уволился не менее, чем через 10 лет по уважительным причинам (например, по состоянию здоровья или достижению пенсионного возраста) – его тоже признают нуждающимся в жилье.
В общей очереди есть и внеочередники. Это, например, Герои России, многодетные семьи, жильцы аварийных домов, военные, уволенные по состоянию здоровья, или военные, у кого есть родные с хроническими заболеваниями.
Официальные СМИ про проблему военных очередников не пишут. Провластные блогеры – тоже
Сержанта Ольгу Дутову признали нуждающейся в жилье в 2017 году. Она обычный очередник, без льгот. Дутова могла получить либо реальную квартиру, либо жилищную субсидию. Домов для военных тогда строили мало, и Ольга встала в очередь на получение субсидии: государство выдаёт деньги, на которые самому можно купить жильё. Размер субсидии зависит от выслуги и количества членов семьи. А вот воинское звание значения не имеет.
В 2019 году Ольга уволилась из Вооружённых Сил РФ. С тех пор Дутова регулярно пишет в Департамент жилищного обеспечения и управления жилищным фондом (ДЖО) Минобороны РФ с вопросом, когда ей переведут деньги. "В 2020 мне ответили, что получу в 2021. В 2021 написали – получу в 2022. А в феврале этого года пришёл ответ, где конкретная дата вообще не была указана. Просто: "Ваш номер в очереди – 5801" (документ есть в распоряжении редакции ЛБ)", – говорит Ольга.
"Ждуны" собирают письменные ответы из ведомств годами. У многих для этого есть специальные папки
Всего в едином реестре сейчас находится около 42 тысяч военнослужащих со всей России. Из них 35 тысяч ждёт выдачи субсидии. Остальные стоят в очереди за квартирами. В 2022 году обещают выделить деньги тем, кто попал в реестр до 1 ноября 2016 года. На это выделено 37 миллиардов рублей. Деньги собираются выдать 2950 военным, эта цифра значится во всех официальных ответах очередникам. В 2023 году объём финансирования сохранится. Всё это означает, что при самом хорошем раскладе Дутова увидит субсидию не раньше 2024 года.
Если бы Ольге выдали деньги сразу, то она получила бы 9 миллионов рублей. На них Дутова могла купить дом для себя с мужем и однокомнатную квартиру для старшей дочери. Сейчас на это она уже не рассчитывает: "Субсидию индексируют два раза в год, но и квадратный метр, знаете, не стоит на месте". В 2022 году Дутовой полагается 11,8 миллиона рублей. В Улан-Удэ этих денег хватит на дом, но на квартиру для дочери – уже нет. Что будет к 2024 году – неизвестно.
"Нам пишут: "Вы подставляете вооружённые силы!""
В апреле 2022 года Ольга Дутова нашла в Telegram группу "Ждуны". Так себя называют военные, годами стоящие в жилищной очереди. Они решили объединиться, чтобы "вместе как-то выбивать квартиры", объясняет Ольга. Стандартное приветствие у новых участников: "Я ждун с 2018 года, полковник, 30 лет выслуги". Через несколько месяцев администраторы сменили название на более благозвучное "Жильё военным".
Сейчас в группе больше 4 тысяч человек со всей России. Её активные участники создали одноимённое общественное движение "Жильё военным". И заявили, что будут действовать только официальными методами: это запросы в разные инстанции, включая Минобороны, Минфин, Администрацию Президента РФ, Комитет Госдумы по обороне, Комитет Совфеда по обороне и безопасности, Счётную палату. Среди своих достижений активисты группы называют создание сайта и публикацию открытого обращения к Владимиру Путину. Они готовы бороться за свои жилищные права в судах: в законе "О статусе военнослужащих" не указаны конкретные сроки получения субсидии и на это обращают внимание все юристы.
Участие в митингах и пикетах тут осуждается. "Группа создана не с целью ругать и дискредитировать имеющуюся власть и не с целью искать в ней коррупционную составляющую, а для обращения к ней вплоть до Верховного суда", – сообщается в правилах.
"Знакомые мне говорят: "Ну что сделаешь, терпи", – говорит Ольга Дутова. – А я не хочу быть "терпилой""
"Нам и так в комментариях всё время пишут: "Вы подставляете наши вооружённые силы!" – объясняет ЛБ один из активистов движения, 42-летний иркутянин Евгений Куимов. – Да, сейчас время неудобное: идёт спецоперация. А когда оно удобное-то было?".
Куимов служил на Камчатке. Его признали нуждающимся в жилье в 2019 году – на два года позже, чем улан-удэнку Ольгу Дутову. Сейчас таким очередникам, как Евгений, в официальных ответах обещают перечислить субсидию не раньше 2030 года (документы есть в распоряжении редакции ЛБ). То есть ждать он будет минимум 11 лет.
Евгений называет "тонким моментом" нежелание военных митинговать – даже если власти дали бы на это разрешение. "Идёт спецоперация, и наши недружественные государства ищут возможность надавить на страну, на президента, – рассуждает он. – Если мы раскачаем эту тему, то всё мировое сообщество начнёт: "Ребята, так у вашего Минобороны не всё так гладко, как Владимир Владимирович [Путин] говорит. У вас военнослужащие-то не обеспечиваются. А король-то голый!". Поэтому мы пытаемся найти баланс – чтобы и своих не подставить, и проблему донести".
Куимов считает, что толку от митингов не будет. "Найдётся провокатор, который превратит мирный митинг в немирный, – прогнозирует он. – Кто-то начнёт высказываться, что Путин у нас плохой. И разгонят всех. И этот митинг никто не будет освещать, ведь у нас в стране всё замечательно – только открой официальные СМИ. А независимые издания признаны иноагентами. Своё мнение озвучить нельзя. Я вот сейчас его вам озвучиваю и не знаю, чем мне это грозит".
Ещё одна активистка движения "Жильё военным" Наталья Сажнёва из города Раменское Московской области говорит, что не пойдёт на митинги, потому что "не готова жертвовать детьми, если меня в чём-то обвинят". У Сажнёвой сын и дочь. "Мой замначальника попросил чисто по-человечески: вы, говорит, можете писать, звонить, трубить. Только, говорит, Наталья Александровна, я вас умоляю, не участвуйте ни в каких пикетах или митингах. Мы вас тогда не спасём", – пересказывает разговор Наталья. "Они же могут воздействовать по-разному, мы же с вами понимаем", – снижает Сажнёва голос, не уточняя, кто такие "они".
"Если б вы сидели как тухлое говно, никто б не сдвинулся"
Ещё десять лет назад представители российской армии не боялись открыто критиковать власть. Очереди на жильё были и тогда. В 2010 году сотни военных вышли на Пушкинскую площадь в Москве с лозунгами "Государство нас предало!" Они были возмущены тем, что им не выдают квартиры. Герой России, космонавт Сергей Нефёдов призвал собравшихся более активно участвовать в политической жизни страны. "Самое главное оружие – это чистые и честные выборы, которых боится сегодняшняя власть, – заявил Нефёдов. – И, уверяю вас, ситуация начнёт изменяться, когда мы уберём то конституционное большинство, которое сегодня плевать на нас с вами хотело со своими указами".
Не стеснялись в выражениях и сотрудники официальных СМИ. Военный корреспондент "Комсомольской правды" Виктор Баранец написал в том же году заметку, посвящённую очередям. "Я бы величественно назвал это государственной безответственностью, – подчеркнул он. – Жаль, что нет такой статьи в Уголовном кодексе. Возможно, что она квалифицировалась бы как "авантюрная ложь в особо крупных размерах".
В 2015-17 годах в Москве военнослужащие, которым не давали квартиры, объединились в инициативную группу "Бездомный полк". Они провели больше десяти митингов и пикетов в Москве, причём все были согласованы городскими властями. "А просто другие варианты мы перепробовали, – рассказала ЛБ активистка группы Виолетта Гладких. – Обращения к Путину, ко всем. Ничего не помогало".
На этих выступлениях риторики о возможной смене власти уже не было. "Нам пытались припаять, что нас Госдеп [США] содержит, зарплату платит [чтобы мы устраивали митинги], – вспоминает Виолетта. – Да фигня это! Никаких политических целей мы не преследовали, у нас были абсолютно социальные протесты. Мы просто хотели получить свои квартиры. У нас мужья по 25-30 лет отдали Родине, а Родина себя так вела в лице чиновников".
Максимально на митингах "Бездомного полка" собиралось до 350 человек. В основном это были жёны военнослужащих. Среди мужчин на улицы выходили военные пенсионеры. "Действующие офицеры боялись участвовать", – не скрывает Гладких.
На митинги приезжали, по словам Виолетты, "перепуганные полицейские, которые не знали, что с нами делать". "Сгоняли несметное количество техники, сотрудников, – перечисляет она. – Автозаки стояли. Но нас не задерживали".
Военные не хотят выходить на митинги и требовать жильё. Они считают, что могут так дискредитировать российскую армию
Устраивали активисты и одиночные пикеты. Сама Виолетта выходила на такой к Государственной Думе РФ. "Ко мне подошёл наряд полиции, прочитал правила проведения пикета – и всё. Я полчаса постояла, они рядом кружились, чтобы я общественный порядок не нарушала", – вспоминает она.
Виолетта Гладких с мужем-офицером получили квартиру на улице Левобережная в Москве в 2017 году – после двух лет активных действий "Бездомного полка". Все активисты этой группы также переехали в своё жильё. Гладких уверена, что помогли этому – митинги. "На самих акциях всегда был представитель АО "Главное управление обустройства войск" Максим Пастухов. Он пытался убедить нас, что мы зря это делаем, что ни к чему это не приведёт, – вспоминает Гладких. – Но на самом деле реакция у Минобороны была всегда. Нас приглашали в министерство на беседы. Потом, когда мы уже получили квартиры, нам говорили: "Ребята, если бы вы сидели, как тухлое говно, то никто бы не сдвинулся".
"Ждуны" надеются, что решит проблему с жильём лично российский президент
Спустя пять лет Виолетта говорит, что нынешним очередникам митинги устраивать опасно. "Сейчас в России перекрыли все возможные легальные способы протеста, даже одиночные пикеты, – рассуждает она. – Всё запрещено. Я уже не скажу [военным]: вы не бойтесь, выходите. Потому что реально людей сажают". Гладких отмечает, что "вообще не понимает в данной ситуации, как чего-то добиться". Она считает, что единственный выход – подача в суд коллективного иска к Минобороны РФ.
Евгений Куимов согласен с тем, что движение "Жильё военным" не может работать такими же методами, как "Бездомный полк". Но и признаёт: пока активисты получают от официальных органов только отписки. "Пока президент не возьмёт эту проблему под личный контроль, ничего не будет", – вздыхает он.
"Пора докладывать Путину"
На Владимира Путина военнослужащие надеются больше, чем на всех остальных. Все они считают, что президенту не докладывают о критической ситуации с жильём для военных. "У нас в стране так много проблем, что на нашу страну нужно минимум пять президентов, чтобы кто-то чиновников контролировал, а кто-то – вооружённые силы, – рассуждает активистка движения "Жильё военным" Наталья Сажнёва. – Ещё внешняя политика такая агрессивная. Его [Путина], конечно, ограждают от этих моментов".
Улан-удэнка Ольга Дутова тоже считает, что российский президент "не в курсе ситуации". "Там, наверху, вообще о многом не знают", – уверена она. Дутова вспоминает визит министра обороны РФ Сергея Шойгу в Улан-Удэ в 2015 году, он проверял готовность 5-й танковой бригады к приёму новой техники. "Его водили по нашей части там, где надо, красоту показывали, – говорит Ольга. – Никого [из рядовых военных] к нему не подпускали, чтобы глаза не мозолили и [лишние] вопросы не задавали".
Правозащитники называют военных "самой добропорядочной частью общества, которая будет стойко переносить все лишения"
Очередники постоянно обсуждают, как донести свою проблему до российского президента. Лучший способ, по мнению иркутянина Евгения Куимова, – дозвониться Путину на Прямую линию. Сделать это сможет, как выражается Куимов, "журналист-камикадзе": он официально заявит один вопрос, а на самой Прямой линии следом задаст второй – уже про военных. Камикадзе – потому что, как считает Евгений, эта тема в российской политике считается слишком острой и негласно не поднимается. "Но, если Владимир Владимирович даст конкретную команду, вопрос решится за неделю", – уверен Евгений.
Юристы, консультирующие движение "Жильё военным", также полагают, что переломить ситуацию поможет "решение со стороны Путина". Один из наших собеседников (он соглашается поговорить анонимно) в качестве примера приводит недавнее повышение пенсий для военных пенсионеров на 10 процентов. "Пенсионный вопрос поднимался давно, а потом бац – воля [Путина], и быстренько всё решили, – рассуждает он. – "Единая Россия" первая подскочила: мы такие, мы сякие, мы же за военных пенсионеров, где же наши глазоньки были. Короче, успешно выпороли сами себя. Когда решение со стороны Путина есть, все быстро прозревают и говорят спасибо Владимиру Владимировичу, что он за нас поработал".
Собеседник ЛБ подчёркивает, что российские военнослужащие – "самая добропорядочная часть общества". "Они никогда не пойдут "верещать" [против власти] и будут стойко переносить все лишения, – говорит юрист. – Но, если уже возникло недовольство, это говорит о какой-то точке. Я это к тому, что пора уже докладывать [Путину], что такая проблема действительно существует".
"Кровь из носу выполним, хотя очень сложно"
Российские власти много лет подряд заявляют, что проблема с постоянным жильём для военных уже решена или будет решена вот-вот. Администратор форума правовой взаимопомощи военнослужащим voensud.ru Владимир Черных собирает такие цитаты с 2005 года. Тогда квартиры ждала 161 тысяча человек, а ликвидировать очередь хотели к 2010 году.
По мнению некоторых юристов, жильё сможет получить не больше 10% военных очередников. А остальным, по тем или иным причинам, в субсидии откажут
В декабре 2009 года премьер-министр Владимир Путин на своей пресс-конференции сказал: "Мы обещали военным, что в 2010 году закроем все вопросы, связанные с постоянным жильём. Кровь из носу выполним эту задачу, хотя, откровенно говоря, очень сложно".
В 2011 году очередь составляла 60 тысяч человек. В этом же году министр обороны Анатолий Сердюков пообещал президенту Дмитрию Медведеву, что к 2013 году военных очередников не останется. В 2012 году глава администрации президента Сергей Иванов назвал проблему с жильём для военных "дамокловым мечом". Тогда же Владимир Путин на встрече с руководством Минобороны заявил: "Как мы и договаривались, не позднее 2013 года все нуждающиеся военнослужащие должны получить постоянное жильё". В декабре Путин в Послании Федеральному собранию сдвинул сроки: "В 2013–2014 годах мы полностью выполним свои обязательства по предоставлению жилья военнослужащим".
В 2013 году в очереди находилось больше 50 тысяч военнослужащих.
Российские власти каждый год рапортуют, что проблема с жильём для военных решена или будет решена вот-вот
В июне 2013 года замминистра обороны Руслан Цаликов заявил журналистам, что очередь должна быть ликвидирована к 2015 году. В 2017 году Цаликов доложил, что количество военнослужащих, включённых в единый реестр нуждающихся, сократилось в 36 раз – с 82,4 тысячи до 2,3 тысячи.
В декабре 2021 года Сергей Шойгу сообщил, что "многолетняя хроническая проблема с постоянным жильём решена, с 2018 года военнослужащие его получают в плановом порядке". "Абсолютное большинство военнослужащих поддерживает деятельность государства в сфере обороны и доверяет руководству страны", – резюмировал свой доклад Шойгу.
"Кидать силовиков – это опасные игры для государства!" – написал один из пользователей группы "Жильё военным" в апреле 2022 года. Больше он ничего не добавил. Тему участники группы развивать не стали.
"Как в болото крикнуть"
Очередники обращались не только к политикам, но и к медийным личностям, вроде режиссёра Никиты Михалкова или патриарха Кирилла. "Ждуны" выбирают тех, кто поддерживает "спецоперацию" и, следовательно, должен поддержать и военнослужащих. Они писали главе Чечни Рамзану Кадырову, пропагандистам Владимиру Соловьёву, Маргарите Симоньян, Артёму Шейнину, военным журналистам государственных каналов Семёну Пегову, Александру Сладкову. Ответа не было, некоторых "ждунов" заблокировали. "Как в болото крикнуть", – рассказал коллегам один из военнослужащих о результатах своего обращения к Сладкову.
Официальные СМИ не пишут про "ждунов". "Нигде этот вопрос [об очереди на жильё] не подымается, не муссируется, никто ничего не говорит", – подчёркивает военный юрист Сергей Мамонтов.
Мамонтов считает, что для "ждунов" все годы ожидания – "страшная трагедия". "Нет крыши над головой, нет перспективы, – объясняет он. – Кто-то служит, например, на Камчатке в сложных условиях. И хочет после увольнения купить квартиру в Краснодаре, там, где тепло. Но не может. Он на Камчатку приехал служить и должен там же умереть. Представляете внутреннее состояние? Люди ломаются психологически – полным-полно разводов. Многие спиваются".
"И ещё есть куча условий, – подчёркивает Мамонтов. – Ты ничего не должен иметь: квартиру в собственности или в пользовании – иначе сразу снимут с очереди. Не можешь принять наследство, если, например, родители умерли, – снимут с очереди. За эти десять лет (средний срок ожидания субсидии – ЛБ) дойдут на выдачу 10%. Остальных лишат [субсидии] по тем или иным причинам".
С начала "спецоперации" многие "ждуны" уехали в Украину. Точное их количество назвать никто не может
Сейчас Минобороны всё чаще предлагает для получения жилья взять военную ипотеку. Оформить её просто, это делают, в основном, молодые офицеры. Директор Департамента жилищного обеспечения Минобороны РФ Сергей Пирогов отмечает, что к 2024 году накопительная ипотечная система (НИС) будет основной формой обеспечения жильём.
Военные со стажем, даже если есть возможность, ипотеку получать не хотят. Российские банки готовы выдавать по НИС максимум 5-6 миллионов рублей. В большинстве российских регионов на эти деньги можно купить только однокомнатную (максимум – двухкомнатную) квартиру.
"Хочешь квартиру – едь на Украину"
"Скоро, думаю, будет так: хочешь квартиру – едь на Украину", – иронично замечает один из участников группы "Жильё военным".
С 2022 года внеочередниками на получение субсидии стали некоторые участники "спецоперации" в Украине – из числа тех, кто ранее уже был признан нуждающимся в жилье. Если военный погиб – его семья получит квартиру быстрее, чем остальные. Если был ранен и получил инвалидность – тоже. В конце сентября глава партии "Справедливая Россия – Патриоты – За правду" Сергей Миронов выступил с инициативой, чтобы жильё вне очереди мог бы получить вообще любой участник "спецоперации". До законопроекта предложение ещё не дошло. Но юристы движения "Жильё военным" полагают, что это возможно.
Количество "украинских" внеочередников Минобороны РФ не озвучивает. На запрос ЛБ Департамент информации и массовых коммуникаций министерства не ответил. По мнению юриста Сергея Мамонтова, к концу 2022 года "помимо простой очереди, может быть приблизительно такая же очередь из внеочередников". "Думаю, 10-15 тысяч человек точно накинется, это прямо железно, – считает Мамонтов. – И в следующем году [в общей сложности] однозначно будет больше 50 тысяч военнослужащих-очередников".
Обычные "ждуны" не позволяют себе резких выражений об участниках "спецоперации". "Наши сослуживцы, российские ребята-воины гибнут, калечатся, дерутся с нечистью фашистской, добывают победу тяжёлой ценой и приносят в дома мир и добро, – подчёркивает в группе "Жильё военным" активист Евгений Пацеля. – А мы работаем над проблемой жилья, пока они добывают мир и свободу".
Ещё один очередник из Улан-Удэ, 46-летний подполковник в отставке Аюр Галанов говорит, что был бы готов отправиться на "спецоперацию". "Мы в любой момент можем поехать выполнять поставленные задачи по защите нашей Родины", – уверждает он. Потом Аюр начинает размышлять: "Но, если я вернусь грузом двести (погибну – ЛБ), жена встанет в очередь льготников. А там такие грузы каждый день приходят. И где вариант, что её обеспечат?" Галанов хмыкает: "Пускай сначала обеспечат, и я подумаю – ехать [в Украину] или нет".
В "спецоперации" участвует старший сын Аюра, он служит в 11-й десантно-штурмовой бригаде.
Участники группы "Жильё военным" подсчитали, что для того, чтобы полностью решить проблему очередников, понадобится больше 500 миллиардов рублей (это данные лета 2022 года). По данным независимых российских изданий, Россия может тратить на "спецоперацию" 21 миллиард рублей ежедневно. Если бы боевые действия закончились, а деньги перенаправлялись на субсидии, очередь, возможно, удалось бы ликвидировать за 23 дня.